Методы исторического исследования / ; Отделение историко-филологических наук. 2-е изд., доп. - М.: На­ука, 2003. - 486 с: ил. - 18ВМ 5-02-008893-5 (в пер.) (стр. 95 )

Наконец, последнее, о чем автор не говорит, и это единствен­ное, в чем его можно упрекнуть, — одномасштабность объекта из­мерения. Таким объектом является вся Российская империя. Но ведь границы ее за рассматриваемое время существенно расшири­лись. В ее состав вошли в конце ХУШ-Х1Х вв. обширные террито­рии Северного Причерноморья, Бессарабии, Северного Кавказа, Закавказья, Средней Азии, что сказалось на расширении внешне­торгового оборота. Обеспечение одномасштабности объекта изме­рения также представляет большие трудности. Здесь необходим ли­бо пересчет на сопоставимую территорию либо переход к относи­тельным показателям размера вывоза и ввоза (расчет его на душу населения или в процентах к валовому общественному продукту). Но для этого опять-таки нет данных, параллельных со сведениями о ввозе и вывозе.

В общем итоге в своем роде уникальные динамические ряды данных оказались малоинформативными в плане характеристики социально-экономического развития страны. Очевидна тесная связь и обусловленность оборотов внешней торговли с состоянием и тен­денциями развития экономики страны. Основная ценность данных о

556

движении оборотов внешней торговли и состоит в том, что они пре­доставляют дополнительную информацию для анализа этого разви­тия. Низкая же информативность динамических рядов оборотов внешней торговли выражается в том, что они мало что дают для ха­рактеристики хода экономической развития. За 175 лет это разви­тие прошло через ряд существенно отличных этапов (господство крепостнических форм хозяйства в середине XVIII в., их разложение и кризис в конце XVIII - первой половине XIX в., победа капитализ­ма и его бурное развитие в пореформенную эпоху, переход к импе­риализму и быстрое развитие монополистического капитализма в начале XX в.), имело определенные циклы и различные темпы. правильно указывает, что обороты внешней торговли должны были отразить если не три, то, во всяком случае, два этапа в этом развитии. Однако полученные данные, исключая явные спа­ды в периоды неблагоприятной внешнеполитической обстановки (прежде всего периоды войн), рисуют стремительно восходящий по прямой линии рост оборотов внешней торговли. За рассматривае­мое время они выросли в золотом исчислении в 400 раз, а в текущих рублях - в 1400 раз. Все это - результат того, что при построении этих рядов не удалось обеспечить неизменность структуры измеря­емых признаков, одномасштабность объекта измерения и содержа­тельную однозначность единицы измерения. Приведенный пример - наиболее сложный случай измерения исторических явлений. Поэто­му издержки некорректности здесь выглядят столь очевидно. В бо­лее простых вариантах эти издержки могут быть не очень сущест­венными или вовсе незаметными. Но всегда необходим учет указан­ных требований к измерению.

Во всяком измерении важное значение имеет точность количе­ственных показателей. Она во многом зависит от тех ошибок, кото­рые возникают на разных стадиях измерения.

Ошибки измерения вызываются самыми различными причина­ми. Можно выделить два типа таких причин: во-первых, ошибки, возникающие вследствие несостоятельности или ограниченности тех теоретико-методологических посылок, исходя из которых про­водится измерение; во-вторых, ошибки, которые являются резуль­татом неточности самих измерений (собственно ошибки измерения).

Если теория еще не раскрыла даже самой общей сути явления либо дает ограниченное или ошибочное ее понимание, то нельзя рассчитывать и на правильное измерение соответствующих призна­ков. Так, например, буржуазная политическая экономия была не в состоянии раскрыть коренную суть капиталистического способа производства ввиду игнорирования такой его черты, как присвоение капиталистом прибавочной стоимости. Эта же теория допускает подмену нормы прибавочной стоимости нормой прибыли, отожде­ствление выгодности и прибыльности производства для капитали­ста с общественной эффективностью производства и т. д. Ясно, что

357

все это приводило и приводит к ошибкам и искажениям при измере­нии социально-экономических явлений, и прежде всего при выделе­нии тех признаков, которые отражают суть этих явлений.

К неадекватному отражению показателями исторической дейст­вительности приводит не только несостоятельность социально-эко­номических и общественно-политических теорий, но и несовершен­ство статистических и математических посылок измерения. Поня­тия, выработанные в общей теории, раскрывающей ту или иную сторону действительности, для проведения измерения необходимо перевести на язык понятий статистических и математических. Та­кой перевод непрост и может породить ошибки даже при правиль­ной общей теории, особенно в тех случаях, когда измеряются слож­ные явления и процессы. Такие, к примеру, явления, как производи­тельные силы, производственные отношения, жизненный уровень и многие другие, даже при ясном теоретическом понимании их сути и на современном этапе науки очень трудно выразить не только в од­ном показателе, но даже и в ряде показателей. Еще более несовер­шенными были статистико-математические принципы измерения общественных явлений в прошлом.

Указанные трудности адекватного измерения общественно-ис­торических явлений усугубляются еще и тем, что в процессе измере­ния этих явлений формируется два вида показателей10. Одни из них выступают как средство отражения объективных свойств реаль­ности, а другие - как средство оценки этих свойств. Такое раздвое­ние показателей связано с тем, что результаты человеческой дея­тельности, с одной стороны, имеют объективную общественную ценность, а с другой - подвергаются субъективной оценке современ­никами. При корректном измерении два вида показателей должны находиться в единстве. Но в силу тех или иных причин между ними могут возникать несоответствия. Объективная общественная цен­ность результатов определенной деятельности может не соответст­вовать ее оценке. Поэтому важной задачей при использовании пока­зателей измерения, проведенного современниками, является учет того, с каким из двух указанных видов показателей имеет дело ис­следователь, во-первых, и в какой мере показатели оценочные аде­кватно отражают реальность, во-вторых. В противном случае могут быть допущены просчеты.

Один пример. К числу важных сведений по аграрной истории России эпохи капитализма относятся данные о посеве и сборе хле­бов, в том числе на надельных крестьянских и частновладельческих землях. Эти данные служат для исследователей основой для выявле­ния соотношения в земледельческом производстве крестьянского и частновладельческого (помещичьего) хозяйства и динамики этого

10 См.: Зотов и некоторые методологические принципы анализа практики управления экономикой // Вопросы философии. 1986. № 2. С. 83 и ел.  \

358  I

соотношения. По этим данным оказывалось, что в конце XIX - на­чале XX в. возрастала доля помещичьих посевов. Это противоречи­ло другим показателям о ходе аграрного развития. При более тща­тельном изучении выяснилось, что картина, рисуемая официальной урожайной статистикой, не соответствует действительности. Дело в том, что к частновладельческим посевам были отнесены не только собственно помещичьи посевы, но и посевы крестьян на купленных и арендуемых ими землях. Отнесение последних к крестьянским по­севам, правомерность чего совершенно очевидна, показывает, что имело место возрастание доли не помещичьих, а крестьянских посе­вов11. Причисление официальной статистикой посевов крестьян на купленных и арендуемых ими у частных владельцев землях в разряд посевов помещичьих было вызвано стремлением подчеркнуть и приукрасить роль помещичьего хозяйства. Тем самым данные этой статистики являются оценочными показателями, которые сущест­венно расходятся с показателями, объективно отражающими ре­альное положение. Можно привести немало других примеров рас­хождения объективно-ценностных и субъективно-оценочных по­казателей.

Общие теоретико-методологические посылки сказывались не только на адекватности самого измерения, но и на последующей сводке первичных данных. Так, ценнейшие первичные материалы, собранные русскими земскими статистиками в конце XIX и начале XX вв., были в значительной мере испорчены в процессе сводки. Вслед за народниками, считая развитие капитализма в России упад­ком и регрессом и игнорируя разложение крестьянства, земские ста­тистики абсолютизировали значение средних показателей и поэто­му чаще всего прибегали к пообщинным сводкам данных, отказыва­ясь от выделения различных по хозяйственной состоятельности групп крестьянских дворов.

Неточности самих измерений могут порождаться ошибками в регистрации количественных значений признаков и в их исчисле­ниях. Ошибки регистрации могут быть систематическими и слу­чайными.

Систематические ошибки - следствие проявления определен­ных причин, которые чаще всего могут быть установлены. Система­тические ошибки измерения бывают преднамеренными и непредна­меренными. Первые, как правило, являются однонаправленными (систематическое занижение прибыли и завышение расходов про­мышленниками, занижение размеров феодальной ренты помещика­ми и т. д.). Непреднамеренные систематические ошибки часто связа­ны с округлениями (например, возраста), трудностью восстановле-

11 См.: Ковалъченко крестьянского и помещичьего хозяйства в земледельческом производстве капиталистической России // Проблемы социаль­но-экономической истории России. М., 1971.  ^,4  ,,

359

ния по памяти точных данных (например, расходов при бюджетных обследованиях) и другими причинами.

Случайные ошибки регистрации вызываются самыми различ­ными причинами (небрежность или невнимательность регистрато­ров, неисправность измерительных приборов, несовершенство ме­тодов измерения и т. д.). Случайные ошибки имеют разнонаправлен­ный характер (в одних случаях показатель завышается, а в других занижается). При большом числе наблюдений они нормально рас­пределены и взаимопогашаются.