Методы исторического исследования / ; Отделение историко-филологических наук. 2-е изд., доп. - М.: На­ука, 2003. - 486 с: ил. - 18ВМ 5-02-008893-5 (в пер.) (стр. 64 )

В целом историки добились значительных успехов в реконст­рукции исторической реальности путем широкого выявления скры­той информации источников (накопленный к сегодняшнему дню опыт требует специального изучения и обобщения). Более активны в этом плане археологи, хотя задача реконструкции для них особен­но сложна из-за ее многоаспектности. Прежде всего необходимо по фрагментам предметов реконструировать их как целое. Затем по выборочным наборам этих предметов реконструировать их как цельный комплекс, а на основе этих комплексов реконструировать уже проявления самой исторической реальности. Первостепенное значение в этом деле имеет пространственная и временная локали­зация обнаруженных памятников. При реконструкции исторической реальности археологи наряду с вещественными источниками широ­ко используют письменные источники, материалы сфрагистики и т. д., а также естественнонаучные методы26.

Особенно большие объемы скрытой информации историки из­влекают из письменных источников, характеризующих массовые исторические явления и процессы и содержащие большое число различных показателей. Все более широко распространяющееся при работе с этими источниками применение математических мето-

24 См.: , , Петров проблемы исторического познания. М, 1981. С. 65 и ел.; Петров и истори­ческая наука. С. 283 и ел.

25 , , Петров . соч. С. 69.

26 См.: Янин ВЛ. Очерки комплексного источниковедения: Средневековый Новго­род. М., 1977; Проблемы реконструкций в археологии. Новосибирск, 1985.  •

240

дов и ЭВМ открывает перед историками фактически безграничную возможность извлечения скрытой информации и реконструкции на ее основе массовых явлений и процессов. Наиболее существенных результатов в этом плане советские историки добились в изучении социально-экономического развития.

Можно привести немало ярких примеров успешной реконструк­ции и важных индивидуальных исторических явлений. Укажем, на­пример, на реконструкцию советским историком указа 1592/1593 гг. о введении заповедных лет, что имеет существен­ное значение в раскрытии хода закрепощения крестьян в России27. Вместе с тем извлечение скрытой информации в тех случаях, когда источников мало или они бедны по содержанию или их ин­формация противоречива, может и не позволить получить предста­вительную систему фактов, однозначно реконструирующих изучае­мую реальность. Практически это чаще всего выражается в том, что в системе фактов, отражающих эту реальность, имеются суще­ственные пробелы. Выше указывалось, что в подобных случаях сле­дует или скорректировать исследовательскую задачу или вообще воздержаться от ее решения до выявления необходимых фактов. Но это, естественно, не исключает правомерности поиска путей либо решения задачи при наличии пробелов в конкретно-фактических сведениях либо восполнения этих пробелов на основе косвенных или расчетных данных. С подобным положением историки сталки­ваются весьма часто, и необходима методологическая разработка возникающих здесь проблем. В этой связи отметим следующее.

Прежде всего во многих случаях вполне можно решить исследо­вательскую задачу и при наличии пробелов в эмпирических фактах, ибо их неполнота, как хорошо известно, может быть компенсирова­на в процессе абстрактно-логического анализа на теоретическом уровне познания в результате категориального синтеза. Следова­тельно, окончательная оценка того, в какой мере эмпирическая си­стема фактов, реконструирующая изучаемую реальность, предста­вительна для решения поставленной задачи, может быть дана лишь в результате их анализа и синтеза на теоретическом уровне позна­ния. Оценка же представительности сведений источников в процес­се реконструкции изучаемой реальности путем ее описания, т. е. на эмпирическом уровне познания, в целом может быть лишь предва­рительной. Это, разумеется, не исключает того, что проверка пред­ставительности должна проводиться и на данном (эмпирическом) уровне, и вполне может быть обнаружена недостаточность имею­щихся сведений.

Далее, в исторической науке, как и в других науках, применяют­ся различные методы восполнения пробелов в используемых, дан-

27 См.: Корецкий крестьян и классовая борьба в России во вто­рой половине XVI в. М., 1970.

241

ных. Само по себе такое восполнение вполне допустимо. Практиче­ски оно осуществляется путем временной или пространственной эк­страполяции известных свойств и состояний аналогичных явлений на явления исследуемые28. Но поскольку пространственная и вре­менная вариации свойств даже однотипных явлений и объектов мо­гут быть весьма существенными, восполнение пробелов по анало­гии в лучшем случае является приблизительным либо вообще мо­жет быть необоснованным. Такого рода опасность особенно велика, когда для характеристики тех или иных явлений определенной эпо­хи используют свойства и значения, присущие этим явлениям в зна­чительно более поздний период вплоть до современности. Поэтому требуется некий общий принцип, на основе которого можно оцени­вать корректность восполнения пробелов в имеющихся сведениях.

Обычно исходят из того, чтобы восполненные данные не проти­воречили имеющимся фактам об изучаемом событии или процессе. Это важное требование действительно может быть во многих слу­чаях существенным критерием корректности проводимого воспол­нения пробелов или вообще его допустимости. Но такой подход воз­можен только в тех случаях, когда известен характер связи воспол­няемого признака с другими признаками, присущими изучаемой ре­альности как определенной системы. А это требует определенных знаний о структуре данной системы, что достигается на уже сравни­тельно высоком уровне познания рассматриваемой реальности. Следует иметь в виду и то, что любой системе наряду с определен­ной устойчивостью и гармоничностью присущи и внутренние проти­воречия. Поэтому согласованность восполняемых данных с имею­щимися может иметь как прямую, так и обратную взаимосвязь либо такой взаимосвязи вообще может не быть.

Поэтому если нет ясного представления о характере взаимосвя­зи признаков системы, то восполнение пробелов, а следовательно, и вся реконструкция, основанные на принципе согласованности дан­ных, не могут быть однозначными. Они неизбежно должны иметь ряд вариантов и будут по своему характеру гипотетическими. Правда, практически и в этих случаях исследователи останавлива­ются лишь на одном наиболее вероятном с их точки зрения вариан­те реконструкции, хотя, строго говоря, здесь должны рассматри­ваться ряд возможных вариантов или уж во всяком случае полярные из них. Разумеется, и в таком виде реконструкция должна основы­ваться на объективных фактических данных и вытекающих из них следствий, а не на произвольных конструкциях историка. Он лишь выявляет допускаемые этими данными варианты реконструкции и проводит их сравнительную оценку.

28 Об экстраполяции как средстве научного познания см.: Попова НЛ. Экстрапо­ляция как средство научного познания и интегративный фактор в науке. Киев,

к  1985.  .  ■■  ---  ■  ...  ■  ■■..•.■:'-;-;-4\,г г/Я 'лн^.;-  *,

242

Еще более сложное положение возникает в тех случаях, когда данные источников, которые можно использовать для реконструк­ции, оказываются разрозненными, неоднозначными и противоречи­выми. Здесь целесообразнее всего воздерживаться от детальной ре­конструкции изучаемых явлений и процессов путем восполнения пробелов в источниках и ограничиться общей характеристикой их сути на основе теоретического обобщения имеющихся фактов, ибо попытка конкретизации при ограниченности и неоднозначности ис­ходных данных может дать столько вариантов, что выбор одного из них будет всецело субъективным. Подчеркивать же данный момент приходится потому, что применение в исторических исследованиях математических методов и ЭВМ породило у некоторых математи­ков ошибочное представление о возможности посредством имита­ционного моделирования конкретизации исторических явлений и процессов на основе крайне ограниченных и разрозненных исход­ных данных вплоть до детальной "реконструкции" динамики исто­рических явлений, опирающейся на отрывочные статические сведе­ния. Практическая цель имитации усматривается здесь в том, что­бы, создав целый набор "состояний" объекта изучения, дать воз­можность историку выбрать один из вариантов29.

Однако как метод реконструкции прошлого имитация может применяться с большой осторожностью и в весьма ограниченных пределах. На основе учета объективных возможностей, содержа­щихся в изучаемой реальности, имитация должна не просто давать набор вариантов, а раскрывать те объективные пределы, в которых был заключен инвариант, в котором было реализовано то или иное историческое событие или процесс. При использовании математи­ческих методов эти пределы могут быть выражены количественно. Таким образом, реконструкция изучаемой исторической реаль­ности, формирование представительной системы научных фактов, отражающих факты действительности, являются чрезвычайно от­ветственным и сложным процессом на эмпирической стадии истори­ческого исследования.

Система (или системы) научных фактов, выявленная на эмпири­ческой стадии исторического исследования, представляет собой на­учное описание изучаемой реальности в пределах поставленной ис­следовательской задачи. Историческое научное описание не равно­значно простой описательности (идеографизму), как нередко пола­гают30. Оно представляет собой зафиксированное в определенной знаковой системе отражение свойств, отношений и взаимодействий, присущих объективной исторической реальности и необходимых Для конкретного раскрытия на теоретической стадии познания об-

29 См.: , Павловский ЮМ., Устинов имитационного моде­лирования исторического процесса. М., 1984.