Границы естественнонаучного образования понятий.1896-1902 (стр. 111 )

Однако такая объективность, к достижению которой должны стре миться естествознание и история, фактически невозможна на почве чистого опыта Во первых, что касается естествознания, уже нет надобности доказывать, что всякое требование, чтобы оно принципиально ограничивалось чисто эмпирическими обобщениями, должно

464

ГЕНРИХ РИККЕРТ

быть отвергнуто им - При этом мы отнюдь не имеем еще в виду наиболее общих гносеологических предпосылок, как то. допущение объективного временного и пространственного порядка, принципа причинности и т д, но имеем в виду лишь специфически естественнонаучные предпосылки

Всякий, старающийся найти законы природы, верит, что он в состоянии переступить пределы опыта, отдает ли он себе отчет в этом или нет Этого нельзя, конечно, понимать в том смысле, будто содержание законов не берется всегда из опыта, но имеется в виду лишь то, что любое необозримое число не наблюдавшихся ранее объектов правомерно подводится под понятие, образованное применительно к доступному обозрению числу наблюдавшихся объектов Речь идет и не о том, чтобы из содержания какого-нибудь закона природы можно было с несомненной очевидностью усмотреть его безусловно всеобщую обязательность, а лишь о том, что можно заявлять притязание на большую или меньшую степень вероятности безусловно всеобщих суждений, так как уже в понятии вероятности безусловно всеобщего закона кроется сверхэмпирический элемент Без предпосылки, гласящей, что мы можем переступать границы опыта вышеуказанным образом, бессмысленно утверждать, что то, что имеет силу для тысячи наблюдавшихся случаев, «вероятно», будет иметь силу и для тысяча первого не наблюдавшегося случая, и в этой предпосылке заключается другая предпосылка, гласящая, что какие-либо законы безусловно имеют силу, даже если бы ни один из них еще не был известен нам

Это — тот пункт, который эмпиризм нередко очень необдуманно обходит и от которого он считает возможным отделаться теориями, которые лишь запутывают вопрос Конечно, наше субъективное убеждение в том, что некоторый закон имеет силу, возникает во многих случаях благодаря накоплению наблюдений, и поэтому психологический анализ научного мышления будет в состоянии выдвигать для объяснения этого убеждения на первый план такие понятия, как привычку Но это нисколько не касается нашей проблемы Пусть наша вера возникла хотя бы благодаря тысяче наблюдений, этим никогда не может быть оправдана даже и вероятность безусловной обязательности какого-либо закона Напротив того, для того, чтобы искание законов природы имело смысл, до всякого наблюдения должна не подлежать сомнению возможность знать на основании того, что было дано в опыте, что-либо о том, что не было дано в опыте Само собой разумеется, что эта предпосылка остается настолько же формальной, насколько она есть предпосылка сверхэмпирическая Естествознание может, пожалуй, когда либо дойти до того, чтобы объявить ложными все те безусловно всеобщие положения, которые оно считало установленными, но пока вообще будут заниматься естествознанием, никогда нельзя подвергать сомнению право познающего субъекта верить в безусловно всеобщие законы и в возможность по крайней мере приближаться к их познанию

ГЛАВА V ФИЛОСОФИЯ ПРИРОДЫ И ИСТОРИИ 465

Если допустить, что это право доказано, то спрашивается, каковы в таком случае те предпосылки, которые должна допускать история для того, чтобы ее объективность не уступала объективности науки, формулирующей законы'' Нуждается ли она вообще в сверхэмпирических предпосылкак?

В естествознании встречаются понятия, содержание которых должно более или менее приближаться к тому, что абсолютно обязательно, между тем как таких понятии не оказывается налицо в самой исторической науке. Итак, если она заключает в себе сверхэмпирические составные части, то эти последние могут содержаться лишь в руководящих точкак зрения образования понятии. Однако содержание тех точек зрения отнесения к ценности, которыми она руководствуется, ведь равным образом почерпнуто из опыта, так как и нормативно общая обязательность ценностей для какой-нибудь определенной общественной группы в принципе может быть установлена путем опыта Поэтому исторической науке, конечно, никогда не придется отвергнуть все свои изложения вследствие того, что ценности, которые она применяла, уже не признаются нормативно общими, т е она не сочтет необходимым построить свои понятия, пользуясь совершенно новыми культурными ценностями, так как она все! да должна понимать человеческую жизнь прошлого, беря за исходный пункт саму эту жизнь, и поэтому относить всякого индивидуума к тем ценностям, которые признавались нормативно общими той общественной группой, к которой он принадлежал Итак, потребность в том, чтобы познать безусловно общеобязательные ценности или иметь возможность приблизиться к этому познанию, по-видимому, возникает лишь для философии истории, ставящей вопрос об объективном прогрессе человечества или тому подобному, но никогда не для эмпирической исторической науки

Итак, что же имеем мы в виду, когда мы говорим о сверхэмпирических предпосылкак истории7 Не возможность ли на основании констатирования ценностей путем наблюдения известных культурных сфер приобрести познание ценностей не наблюдаемых непосредственно культурных сфер? Очевидно, это нисколько не касается особенное тей исторического образования понятий, так как те трудности, с которыми встречается здесь историк, не оказываются принципиально неразрешимыми и на почве чистого опыта Поэтому сверхэмпирические предпосылки истории должны оказываться вовсе не там.

Если естествознание способно со своими понятиями приближаться к безусловно общеобязательному закону, то оно благодаря этому отрешается от всякой человеческой произвольности, которая, согласно эмпирическому воззрению, всегда должна быть присуща ему История, напротив того, всегда остается при человеческих отнесениях к ценностям, как при последнем критериуме, и поэтому можно было бы сказать, что все человеческое развитие с чисто научной точки зрения представляет собою совершенно безразличную и бессмысленную суматоху индивидуальных событий, изложение которой должно значительно

30 Г Рнкверт

466

ГЕНРИХ РИККЕРТ

уступать исканию законов природы по научному значению, так как отнесение действительности к ценностям вообще производится лишь человеческим произволом

Итак, раз историческая наука действительно желает претендовать на то, что ее задача научно необходима, она должна допустить, что и по отношению к ценностям дело идет не о произволе только, и это заключает в себе сверхэмпирнческую предпосылку, гласящую, что безусловно имеют силу какие либо ценности, к которым человеческие ценности находятся в определенном отношении

Конечно, и эта предпосылка опять-таки чисто формальна, т е не предполагается решительно ничего относительно того, имеет ли какая-либо известная нам культурная ценность притязание на безусловно общую обязательность Но в то же время этой формальной предпосылки впопне достаточно, так как раз вообще какие-либо ценности имеют силу абсолютно, и следовательно, человеческие нормативно общие ценности ближе к ним или дальше от них, и человеческое культурное развитие находится в необходимом отношении к безусловно обязатель ным ценностям, и поэтому стремление ознакомиться с этим развитием в ею индивидуальном течении, руководствуясь нормативно обшими ценностями, не может уже быть признано продуктом чистого произвола

Итак, мы видим, что и история нуждается в сверхэмпирическом элементе для того, чтобы формы ее понимания, стало быть понятия исторического индивидуума, исторической связи и исторического развития не оказывались по научному значению ниже тех форм, в которых нуждается естествознание для того, чтобы доходить до законов Тот, кто ищет законов, должен допустить, что какие либо безусловно всеобщие суждения правильны и что ею понятия более или менее приближаются к этим суждениям Тот, кто исследует однократ ное развитие человеческой культуры и признает это необходимой задачей науки, стоящей выше всякого человеческого произвола, до лжен предполагать, что допускающие эмпирическое констатирование нормативно общие ценности более или менее приближаются к тому, что безусловно долженствует быть, и что поэтому человеческая культура имеет какой-либо, быть может, совершенно неведомый нам объективный смысл по отношению к безусловно обязательным цен постам, так как лишь тогда оказывается неизбежным вообще относить исторический процесс к ценностям

То, что указанное предположение делается в жизни, т е при хотении и деиствовании, не должно было бы требовать никакого доказательства Правда, я могу полагать, что я всюду ошибаюсь при постановке тех целей, к достижению которых я стремлюсь, считая их ценными, и даже могу бояться, что всякий поступок моей жизни был ошибочен Однако уже эта боязнь настолько же предполагает безусловную обязательность ценностей и обязанность поступать сообразно с ними, как и убеждение в том, что всегда имелось в виду достижение

^^_ ГЛАВА V ФИЛОСОФИЯ ПРИРОДЫ И ИСТОРИИ 467

взаправду ценною Но, если в жизни мы никогда не можем отрешиться от предположения безусловно обязательных ценностей, мир необходи мо представится хотящему действующему человеку процессом развития, расчленяющимся по отношению к ценностям на несущественные и существенные индивидуальные составные части, т е человек практик всегда будет мыслить исторически в этом наиболее общем смысле, хотя бы интерес его к действительности и ограничивался небольшой пространственной и временной долей мира

Однако точка зрения, свойственная жизни, еще не есть точка зрения, свойственная науке, и теперь вопрос состоит именно в том, не! ибежно ли предположение безусловно обязательных ценностей и с научной точки зрения простого лишь рассмотрения и равноправна ли поэтому историческая наука во всех отношениях с естествознанием9

III

Метафизическая объективность

Однако, прежде чем дать ответ на этот вопрос, мы должны еще ясно определить свое отношение к одному взгляду, которого мы уже неоднократно касались Согласно этому взгляду, предыдущие исследо вания могут представиться излишней возней с нами самими созданны ми трудностями, вытекающими лишь из ошибочной предпосылки относительно сущности познавания Для нас вся научная деятельность состояла в обработке и преобразовании представлений, почерпнутых из непосредственно данной реальности Можно ли остановиться на этом1*