Границы естественнонаучного образования понятий.1896-1902 (стр. 29 )

Этим мы можем заключить исследование о познании телесного мира в понятиях. Мы выяснили то, что было необходимо для наших целей. Мы помним, в связи с чем мы занялись обсуждением этой проблемы. Мы намерены изучить границы естественнонаучного обра -

* Мы знаем, конечно, что Гете придавал этому изречению иной счысл. Но вовсе не случайно то обстоятельство, что ии буквально можно воспользоваться и для выражения мнения, которое Гете, впрочем в силу оснований, которые не всегда взвешивались, оспаривал.

ГЛАВА I. ПОЗНАНИЕ ТЕЛЕСНОГО МИРА В ПОНЯТИЯХ 157

зования понятий, чтобы, беря их за исходный пункт, понять сущность тех наук, на которые, по нашему мнению, логика до сих пор обращала слишком мало внимания, т. е. мы стараемся преодолеть односторонность естественнонаучной логики. Но, так как логика лишь в редких случаях сознает свою односторонность, мы не могли без дальних околичностей извлечь из нее общепризнанные положения даже для естественнонаучного понятия и поэтому нам пришлось прежде всего выяснить сущность самого естественнонаучного понятия. И в этом лишь подготовительном исследовании мы не побоялись обстоятельного рассмотрения частностей и подробного изложения, так как чем основательнее мы понимаем сущность естественнонаучного образования понятий, тем легче мы будем в состоянии установить его границы.

Можно было бы непосредственно перейти к констатированию его границ. Ведь мы уже не раз намечали тот пункт, о котором здесь идет дело. Мы были в состоянии показать, что естествознание всюду, имеет ли оно в виду объяснение или описание вещей, занимается общим и что эта тенденция господствует во всем его образовании понятий. Коль скоро предметом, на который направляется научный интерес, становится единичное, как таковое, — с этими понятиями нельзя далеко уйти. Уже в своей примитивнейшей форме естественнонаучное понятие совершенно не подходит к единичным вещам в их воззрительной действительности и, чем более совершенную форму оно принимает, тем более оно удаляется от них, чтобы охватывать все более и более общее. Подлинную его задачу составляет не описание единичного, не объяснение, исходящее из целого. Однако прежде чем приступить к дальнейшему развитию этой мысли, мы должны ответить еще на один иной вопрос.

ГЛАВА II ПРИРОДА И ДУХ

«Naiurae leges et regulae suni ubique et semper eaedem, aique adeo una eadem que etiam debet esse ratio rerum qualium-cumque naturam intelligendi».*

Spinoza

До сих пор при выяснении сущности естественнонаучного образования понятий мы намеренно ограничивались их значением для познания телесных вещей и процессов, т. е., соответственно изложенному во Введении плану, мы усвоили ту терминологию, согласно которой под природой надлежит разуметь лишь физический мир. Рассмотренный метод понимания сперва был выработан при научном трактовании тел и поэтому его можно было легче и проще всего понять, на первых порах, имея в виду при его логическом выяснении лишь это последнее. После того как это сделано, мы должны расширить наше рассмотрение. Так как мы изучаем границы естественнонаучного образования понятий, т. е. желаем установить, при какого рода научной работе оно не может быть применяемо, то наша задача будет состоять в том, чтобы исследоаать, представляют ли те предметы, с которыми имеют дело другие эмпирические науки, такие особенности, которые исключают применение естественнонаучного образования понятий и поэтому требуют иной логической формы научного изложения. Тогда благодаря этому можно будет разрешить вопрос о том, имеются ли вообще в доступном эмпирическим наукам материале предметные различия такого рода, что их следует полагать в основу логического разделения наук.

Мы не касаемся здесь вопроса о том, с каким правом можно утверждать, что эмпирической науке даны еще и другие предметы, чем тела. Мы упомянули уже, что взгляд, не желающий признавать никакого иного бытия, кроме телесного, имеет всего лишь немногих серьезных сторонников и полемика с материализмом во всяком случае не входит в наши намерения. Мы тем более можем не вести здесь этой

* Законы и правила природы всюду и всеци одни и те же. и столь же единообразен должен быть и способ понимания природы каких бы то ни было вещен.

ГЛАВА П. ПРИРОДА И ДУХ 159

полемики, что и материалисту его метафизические убеждения не могут помешать одобрить наши дальнейшие исследования. Ведь те проблемы, которые рассматриваются в этой главе, для него вообще не существуют, так как в том случае, если, как он полагает, для науки вообще не существует никакого иного материала, кроме тел, то заранее ясно, что границы естественнонаучного образования понятий состоят не в природе каких-либо особых предметов исследования и что наиболее общий принцип для подразделения наук не может вытекать из какого-нибудь предметного различия научного материала. А только это мы ведь и намерены доказать в этой главе. Итак, материалист может пропустить эти рассуждения и непосредственно перейти к третьей главе.

Каков же иной материал эмпирической науки, о котором у нас еще должна идти речь? Если вообще что-либо, кроме телесного мира, признается существующим, то это то, что принято называть душевным или духовным бытием. На первых порах, как это зачастую делают, мы намерены употреблять выражения: душа и дух, а равным образом и выражения душевный и духовный, как равнозначные. Правда, слова дух и духовный могут употребляться и в таком смысле, который вовсе не совпадает со смыслом слов «душа» и «душевный», и эти два понятия могут даже прямо-таки противополагаться друг другу. Однако, на первых порах мы оставляем это в стороне и далее мы предполагаем, что двучленным делением на телесные и на духовные, или на физические и психические процессы должна исчерпываться та область, которая доступна эмпирическим наукам и поэтому, как духовное, характеризуется все то, что не есть тело. Итак, наш вопрос может состоять лишь в том, допустимо ли и если да, то до какой степени допустимо при исследовании духовной жизни того же рода образование понятий, как при исследовании тел, т. е. та предметная противоположность, логическим значением которой мы займемся, — противоположность природы и духа.

Мы должны обратить внимание на эту противоположность еще и потому, что ведь мы намереваемся установить границы естественнонаучного образования понятий с целью уразуметь сущность исторических наук. Однако большинство исторических дисциплин, по крайней мере преимушественно, имеет дело с психическими процессами и, если вообще признается принципиальное различие между естествознанием и историей, то как на основание для необходимости особливого исторического метода указывают большей частью на то обстоятельство, что история принадлежит к наукам о духе. Правильный ли это путь для уразумения логической структуры исторических наук? Конечно, этот вопрос может быть разрещен лишь тогда, когда нам известно, в каком отношении находится естественнонаучное образование понятий к духовной жизни вообще.

Таким образом, преднамечается, стало быть, ход нашего дальнейшего исследования. Полагает ли духовное бытие предел естествозна -

160

ГЕНРИХ РИККЕРТ

нию? Это тот вопрос, о котором идет дело.* Наиболее обширную по своему содержанию науку о духовном называют вообще психологией. Поэтому мы должны обратить внимание на психологическое образование понятий.

Правда, мнение, согласно которому психология может и должна быть разрабатываема сообразно естественнонаучному методу, весьма распространенно в настоящее время. Однако наряду с этим именно в новейшее время нет недостатка в решительных возражениях против этого взгляда, и особенно полемизировали против естественнонаучного трактования душевной жизни, исходя из той точки зрения, что психология должна служить основной для наук о духе.** В самом ли деле эти соображения применимы к душевной жизни или же наоборот, быть может, логические особенности несомненно существующие в исторических науках, неосновательно сводятся на то обстоятельство, что эти науки имеют дело с духовными процессами? Чтобы выяснить, как следует отнестись к этому вопросу, мы должны настолько изучить предметные особенности духовной жизни, насколько это необходимо для того, чтобы видеть, в каком отношении с логических точек зрения ее можно противоположить телесному миру. Итак, мы прежде всего делаем попытку определить понятия о физическом и о психическом в их отношении друг к другу, имея при этом в виду выяснение вопроса о том, представлять ли уже материал психологии, как таковой, имеющее важное значение для противоположности методов отличия от материала естественных наук.

Разрешив этот вопрос в отрицательном смысле, мы можем перейти к исследованию о познании в понятиях душевной жизни и, в конце концов, на основании этих исследований мы должны выяснить вопрос о том, возможно ли вообще и если да, то в каком смысле с логических точек зрения противополагать науку о духе естествознанию. Лишь показав, что предметное различие между природой и духом непригодно для всеобъемлющего логического разделения эмпирических наук, мы сможем заняться в третьей главе той логической противоположностью, в которой находятся друг к другу природа и история. Итак, существенная задача этой второй главы сводится к тому только, чтобы показать, где «не» лежат границы естественнонаучного образования понятий. Исследования же относительно этого оказываются тем более необходимыми, чем более распространен тот взгляд, согласно которо -

• Уже в Введении мы подчеркнули, что наш вопрос не имеет ничего общего с «проблемой», заключающейся в том. каким образом из движения атомов может возникнуть ощущение, но что мы говорим о - границах» естествознания в совершении ином смысле.

** См. в особенности: Dilihey W. Ideen iiber eine beschreibende und zergliedemde Psych о log ie (Sitzungsberichie der konigl. pniss. Akademie der Wiss. 1894. S. 139 ff.). Далее Wundl W, Logik. 2.Aufl. Bd 11. Method enlehrc, iweite Abtheilung: Logik der Geisieswissen-schafien; и Philosophic Sludien. Bd XII, Ueber die Definition der Psychologic.1

'Примечание переводчика. С наибольшей последовательностью проводит эту точку зрения Липлс, см. с. 7—20 его речи "Психология, наука и жизнь*.

ГЛАВА II. ПРИРОДА И ДУХ Ш_

му противоположность между природой и духом должна иметь принципиальное значение и для наукоучения.