Границы естественнонаучного образования понятий.1896-1902 (стр. 98 )

Конечно, этим еще вовсе не определяется, какого рода это отношение Сперва кажется, что объекты истории находятся в связи с психическим бытием постольку, поскольку они суть объекты для субъекта, который отделяет в них существенные составные части от несущественных, имея в виду некоторую ценность, и можно было бы показать, что этот субъект есть необходимо и существо, проявляющее свое отношение, стало быть, духовное в указанном здесь смысле Однако это отношение объектов к духовному существу, образующему

416

ГЕНРИХ РИККЕРТ

понятия, не может быть мысленно устранено ни в какой науке, и поэтому, если бы уже этим определялся характер науки, и естественные науки пришлось бы признать науками о духе, так как они равным образом немысчимы без «духа», отделяющего существенное от несущественного Итак, есчи мы желаем выяснить ту особую связь, которая существует между историческим методом и духовной жизнью, мы прежде всего дочжны совершенно отвлечься от познающего субъекта и обратить внимание лишь на объекты истории, т е мы вправе поставить вопрос лишь о том, почему в историческом фактическом материале оказывается налицо главным образом духовное бытие

Благодаря всякому отнесению действительности к некоторой ценности, известные нам объекты должны разделяться на два принципиально отличающихся друг от друга класса, а именно на такие, для которых это отнесение вообще возможно, и на такие, которые не только имеют благодаря своему наличному бытию некоторое значение для ценности, но и сами проявляют свое отношение к этой ценности Тогда объекты, принадлежащие к первому классу, могут быть как духовными, так и телесными, существенные же, благодаря проявлению их ценностного отношения, объекты второго рода необходимо духов ны Если мы предположим теперь, что в какой либо эмпирической действительности, подлежащей историческому трактованию, оказываются такие существа, которые сами проявляют свое отношение к ценностям, которыми руководится их трактование, то эти существа должны занять центральный пункт исторического изложения, т е все прочие объекты оказываются тогда исторически существенными не только поскольку они становятся историческими индивидуумами по отношению к тем ценностям, которыми руководится трактующий их субъект, но и поскольку они бчагодаря их индивидуальности имеют значение для духовных объектов, выражаемых в их хотении и дейст-вовании, и поэтому история будет относить их не только к тем ценностям, которыми руководится трактование, но в то же время и к трактуемым духовным существам, проявляющим свое отношение

Таким образом, возникает более узкое, чем до сих пор, понятие исторического трактования Пока мы вовсе не имели в виду особого исторического материала, мы имели дело лишь е одним родом исторических объектов А раз мы, напротив того, предполагаем духовные объекты указанного рода, эти объекты должны отличаться от остальных объектов, и в особенности все тела всегда становятся существенными в таком изложении лишь благодаря тому, вследствие чего не только существует отношение между ними и теми ценностями, которыми руководится познающий субъект, но вечедствие чего они в то же время оказывают влияние на хотящих и производящих оценку объектов изложения или служат предметом их хотения и деятельности Так, например, в изложении истории Италии, руководящемуся точкой зрения ценности «искусство», существенными должны стать прежде всего хотение и деятельность художников, благодаря их индивидуаль -

ГЛАВА IV ИСТОРИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ПОНЯТИЙ 417

ности имеющие значение по отношению к руководящей ценности, и всякое иное бытие относится к этому хотению и этой деятельности.

Поэтому мы можем теперь называть все те исторические объекты, которые сами проявляют свое отношение к тем ценностям, которыми руководится изложение и которые всегда должны быть духовными существами, также и историческими центрами, и тогда мы видим, что, если такие объекты оказываются в материале изложения, история необходимо относит все остальное бытие к ним как к духовным центрам изложения *

Однако эта простая лишь возможность, и наше понятие истории поэтому все еще остается неопределенным по своему содержанию И даже, согласно до сих пор данным определениям понятия, по видимому, вовсе не необходимо, чтобы среди исторического материала всегда оказывались духовные существа, и совсем непонятно, почему эти существа должны проявлять свое отношение именно к тем ценностям, которыми в то же время руководится историческое изложение Но наша задача состоит в том, чтобы понять необходимую связь между историей и духовной жизнью, и поэтому мы должны пойти далее простои лишь возможности

Однако и это удастся без труда, раз мы отдадим себе отчет в том, каковы те условия, лишь при наличности которых какая кибудь действи тельность может побуждать нас к тому, чтобы мы исторически трактовали ее, и раз мы, кроме того, примем в соображение, что не любая ценность может становиться руководящей точкой зрения для какого-нибудь исторического изложения Тогда мы увидим, что, во-первых, всякий истори ческии объект должен быть относим не только к ценностям вообще, но и к какому-нибудь деиствительно ценящему, стало быть, духовному существу, что, во-вторых, наличность таких духовных существ в историческом материале логически не случайна, и что, в-третьих, у нас лишь тогда оказывается повод для исторического трактования какой-либо действительности, когда среди этих духовных существ встречаются и такие, которые сами проявляют свое отношение к ценностям, которыми руководится изложение, так что, стало быть, не существует никакого исторического изложения без некоторого духовного центра Нам нет надобности выяснять, что нарочитое обоснование этого факта, который есть нечто само собою разумеющееся для всякого историка, не излишне в методологическом интересе Лишь этим путем возможно понять логическую структуру исторических «наук о духе»

Прежде всего, что касается необходимого отнесения всякого исторического объекта к духовным, производящим оценку действительнос-тям, мы еще раз возвращаемся к пониманию, свойственному практи ческой жизни, которое мы приняли за исходный пункт при определе -

* Само собой разумеется что это понятие об историческом центре отнюдь не совпадает с понятием о первостепенно историческом Первостепенно историческими могут быть и тела

27 Г Рнккерт

418

ГЕНРИХ РИККЕРТ

нии понятия исторического ин-дивидуума Согласие исторического понимания с пониманием, свойственным действующему и хотящему человеку, состояло в том, что для того и другого индивидуальность вещей получает некоторое значение, принципиальное же различие между тем и другим, напротив того, в том, что отношение историка к вещам не проявляется в хотении, но что он, лишь рассматривая их, относит их к некоторой ценности Однако, хотя исторические объекты и отрешаются благодари этому от всякого хотящего и действующего существа, поскольку они не должны уже быть предметами прямой оценки, все же те ценности, к которым они относятся, не могут, так сказать, висеть в воздухе, но должны быть ценностями какого нибудь действительного хотящего существа. А отсюда следует уже, что для того, чтобы стать предметом исторического трактования, какой-либо объект должен находиться не только в некотором тел еол о™ чес к ом отношении к ценностям вообще, но и в некотором реальном отношении к какому-нибудь действительному хотящему существу, и отсюда вытекает, что понятие духовной жизни в известном отношении неотделимо от понятия исторического ин дивидуума

Но и этого еще недостаточно для нашей цели Хотящие духовные существа в историческом материале всегда встречаются как хотящие и духовные существа, и это, по-видимому, еще не становится понятным благодаря вышеприведенным разъяснениям Для того чтобы уразуметь, что это и необходимо, нам во всяком случае следует рассмотреть не изложение, ограничивающееся какою либо частью какого либо исторического развития, а наиболее обширную историческую связь или то, что мы назвали «последним историческим целым», которое еще обладает исторической индивидуальностью для тех точек зрения, которыми руководится изложение, и в которое как чтены входят все объекты В частности, можно было бы думать, что, например, истори ческая биология вовсе не имеет дела с духовной жизнью, но это справедливо именно лишь тогда, когда мы ограничиваемся частью ее И как духовное существо человек объемлется историческим целым биологического развития и, как мы видели, ряд должен быть отнесен к нему, чтобы вообще стать историческим развитием Но таким же образом ко всякому историческому целому принадлежат и духовные действительности, к которым в то же время бывают относимы все исторические ин-дивидуумы.

Конечно, здесь, по видимому, представляет трудности один особый случай То духовное существо, к которому бывает относимо развитие и которое тогда необходимо объемлется и исторической связью, может быть единственным, и притом им может оказываться сам историк, и тоща, по-видимому, все же представляется исключение, так как ведь нам надлежит отрешиться от познающего субъекта Однако, если мы всмотримся в дело поближе, оказывается, что в том случае, если в том историческом материале, который должен быть трактуем, кроме историка нет налицо никакого духовного существа, историк играет роль

ГЛАВА IV ИСТОРИЧЕСКОЕ ОБРАЗОВАНИЕ ПОНЯТИЙ 419

именно не только как познающий субъект, но в то же время и находится в какой нибудь исторической связи с другими индивидуумами, и поэтому необходимо и как член входит в состав наиболее обширного объекта исторического изложения или в целое, представляемое рядом стадий телеологического развития А отсюда вытекает, что в последнем историческом целом всегда должно оказываться налицо, по крайней мере, одно духовное существо

Но почему же, наконец, это духовное существо всегда должно служить историческим центром9 В том случае, когда историк сам не только оказывается познающим субъектом, но и объемлется обширнейшей исторической связью трактуемых объектов, ответ на этот вопрос разумеется, правда, сам собою, так как тогда изтожение, конечно, руководится теми же самыми ценностями, к которым историк проявляет свое отношение Но эту возможность мы упомянули тишь для того чтобы показать, что не мыс ihm такой случай, в котором среди исторического материала не оказывалось бы ни одного духовного существа Фактически историк почти всегда будет трактовать такие ряды стадий развития, в которые сам он не входит как исторический член, но в которых встречаются 1ишь другие духовные существа, и почему среди этих существ всегда должны оказываться такие, которые сами проявляют отношение к тем ценностям, которыми руководится историческое изложение1*