Формально именно данное основание прекращения дела является полностью "реабилитирующим" ответчика, так как комиссия антимонопольного органа подтверждает отсутствие в его действиях (бездействии) нарушения антимонопольного законодательства.
Однако, как будет показано далее, при прекращении дела лишь по двум основаниям комиссия антимонопольного органа вправе указать в резолютивной части решения на установление факта нарушения ответчиком (ответчиками) антимонопольного законодательства. В остальных случаях факт нарушения антимонопольного законодательства не может считаться установленным (в рамках данного антимонопольного дела), а лицо - признаваться совершившим нарушение.
Очевидно, что в качестве факта, свидетельствующего об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства, будет выступать и наличие вступившего в законную силу судебного акта, в котором содержатся выводы об отсутствии нарушения антимонопольного законодательства в рассматриваемых комиссией действиях (бездействии). Ранее, до внесения изменений в Закон о защите конкуренции, произведенных четвертым антимонопольным пакетом, данное основание выступало в качестве самостоятельного для прекращения рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства.
Отсутствие необходимости выделения такого основания для прекращения производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства в качестве самостоятельного связано с правовой позицией, которая изложена в Постановлении КС РФ от 17 марта 2009 г. N 5-П и согласно которой преодоление вынесенного судом решения юрисдикционным актом административного органа недопустимо.
Необходимо отметить, что данная правовая позиция является универсальной и устанавливает, что вне зависимости от правоотношений, в рамках которых она осуществляется (налоговые, антимонопольные и др.), "несудебная процедура ревизии судебных актов принципиально недопустима, поскольку означала бы возможность замещения (вопреки обусловленным природой правосудия и установленным процессуальным законом формам пересмотра судебных решений и проверки их правосудности исключительно вышестоящими судебными инстанциями) актов органов правосудия административными актами, что является безусловным отступлением от необходимых гарантий самостоятельности, полноты и исключительности судебной власти" (Постановление КС РФ от 18 октября 2011 г. N 23-П).
В связи с этим арбитражные суды также применяют данную правовую позицию КС РФ при рассмотрении антимонопольных споров (Постановления ФАС ЗСО от 14 сентября 2011 г. по делу N А46-11868/2010, 8 ААС от 26 марта 2010 г. по делу N А70-8245/2009 и др.). Таким образом, антимонопольный орган не может установить нарушение в тех действиях, которые были признаны судом не противоречащими соответствующим нормам законодательства о конкуренции. Иной подход противоречил бы также ст. 6 Федерального конституционного закона от 31 декабря 1996 г. N 1-ФКЗ "О судебной системе Российской Федерации", ст. 16 АПК РФ, устанавливающим обязательность судебных актов на территории РФ для всех лиц, включая органы государственной власти.
При этом, однако, с учетом Постановления КС РФ от 01.01.01 г. N 5-П препятствием для вынесения подобных решений антимонопольных органов являются, по мнению авторов настоящего комментария, только две категории судебных актов: судебные акты, которые признают отсутствие антимонопольного нарушения в определенных действиях (бездействии и др.) в принципе - вне зависимости от обстоятельств их совершения и имеющихся доказательств, и судебные акты, в которых указывается на отсутствие нарушения (недоказанность нарушения) исходя из представленных доказательств и фактических обстоятельств. В последнем случае антимонопольный орган не может установить нарушение законодательства о конкуренции, основываясь на тех же доказательствах и обстоятельствах, которые уже были исследованы судом и признаны им не подтверждающими нарушение. В то же время антимонопольный орган может установить нарушение, если ему были представлены (получены им) иные доказательства, установлены иные обстоятельства, существенно отличные от оцененных судом (существенность отличия доказательств определяется в каждом конкретном случае). Использование же для повторного вменения нарушения иных, но аналогичных отвергнутым судом доказательств может быть квалифицировано судом как неправомерная попытка ревизии его решений.
В некоторой степени такой подход аналогичен правилу п. 4 ч. 9 ст. 44 Закона, согласно которому отказ антимонопольного органа в возбуждении дела в связи с отсутствием нарушения не является препятствием для повторного обращения с заявлением по тем же самым основаниям, но с приложением документов и доказательств, которым ранее оценка антимонопольным органом не давалась.
Также необходимо отметить, что применительно к данному основанию речь идет исключительно о судебных актах, вступивших в законную силу согласно положениям процессуального законодательства. Если судебный акт принят, но в силу еще не вступил, то комиссия антимонопольного органа может признать целесообразным приостановить рассмотрение дела о нарушении антимонопольного законодательства в порядке п. 1 ч. 3 ст. 47 Закона о защите конкуренции (приостановление в случае рассмотрения судом другого дела, имеющего значение для рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства).
После 5 января 2016 г. дела о нарушении антимонопольного законодательства, основанием для возбуждения которых послужило обращение гражданина, не осуществляющего предпринимательскую деятельность, интересы которого ущемлены рассматриваемыми действиями (бездействием) доминирующего хозяйствующего субъекта, результатом которых не является и не может являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции (а равно нарушение интересов хозяйствующих субъектов) и которые не связаны с ущемлением интересов неопределенного круга потребителей, подлежат прекращению по основанию, установленному п. 1 ч. 1 ст. 48 Закона в редакции четвертого антимонопольного пакета.
Данные разъяснения содержатся в п. 3 письма ФАС России от 28 декабря 2015 г. N СП/75571/15.
Из указанного письма ФАС России также следует, что прекращение рассмотрения дела о нарушении антимонопольного законодательства в таких случаях не означает, что действия (бездействие) хозяйствующих субъектов не могут быть оценены антимонопольным органом на предмет соблюдения иного законодательства и информация не может быть направлена антимонопольным органом в соответствующий орган государственного контроля (надзора).
4. Третьим и четвертым основаниями для прекращения производства по делу комментируемая статья называет ликвидацию юридического лица или смерть физического лица - единственных ответчиков по делу.
Важно отметить, что речь идет именно о единственных ответчиках по делу. В случае если наступает ликвидация (смерть) только одного из двух или более ответчиков, то производство по делу прекращается лишь в отношении такого ответчика. В отношении остальных ответчиков производство по делу продолжается, если к тому нет иных правовых препятствий (оснований для прекращения производства).
Согласно п. 6 ст. 22 Федерального закона от 8 августа 2001 г. N 129-ФЗ "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей" ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим свою деятельность после внесения об этом записи в Единый государственный реестр юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ).
Следовательно, не является основанием для прекращения производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства, например, только принятие участниками (учредителями) юридического лица, уполномоченным органом решения о его ликвидации либо внесение регистрирующим органом в ЕГРЮЛ записи о том, что юридическое лицо находится в процессе ликвидации (п. 2 ст. 20 Федерального закона "О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей").
Не является основанием для прекращения производства по делу о нарушении антимонопольного законодательства и возбуждение в отношении юридического лица (ответчика) дела о банкротстве.
